Кофе-пауза
Сергей Макаров

Человеческие отношения, эмоции оцифровать невозможно

Автор: Виктория ЛАЗЮК / фото Вячеслав СУХОДОЛЬСКИЙ/ NEFT.by
0
1336
13.02.2024

Сергей Макаров об искусственном и эмоциональном интеллекте, работе и семье

В нашей интернет-кофейне предлагаем вам немного переключиться, отдохнуть, сделать паузу, выпить вместе с нами чашечку кофе или чая, почитать неофициальные интервью, узнать об истории и рецептах кофейных и чайных напитков. У нас можно немного поупражняться в кофейно-чайном «психоанализе» – определить характер человека по напитку, который он предпочитает. Присоединяйтесь.

Вкусное чтение. Наше кофейное интервью постараемся сделать таким же насыщенным, многослойным и, конечно же, бодрящим, как сам кофе.

Четкий расчет и интуиция, цифровизация и эмоции, структурированность и отсутствие догм. Сегодня мы пьем кофе с человеком, который стирает привычные границы. И в отношении к жизни, и к работе: «Не важно, что правда, а что ложь. Важно, во что ты веришь». Но обо всем по порядку. Итак, сегодня мы пьем кофе с Сергеем Макаровым, заместителем генерального директора по внешнеэкономической деятельности и обеспечению производства компании «Белоруснефть».

Сергей Макаров, заместитель генерального директора по внешнеэкономической деятельности и обеспечению производства РУП «Производственное объединение «Белоруснефть»

В 1996 году окончил Гомельский государственный университет им. Ф. Скорины по специальности «программное обеспечение вычислительной техники и автоматизированных систем», в 2019-м – Академию управления при Президенте Республики Беларусь по специальности «международные отношения».

В 1996 году, после окончания вуза, работал учителем информатики в одной из средних школ Гомеля, затем последовала аспирантура ГГУ им. Ф. Скорины.

В 1997 году началась карьера в компании «Белоруснефть», в центральном аппарате. Должности менялись, направление оставалось одно и то же – внешнеэкономическая деятельность: специалист 2 категории, специалист 1 категории, начальник отдела внешнеэкономической деятельности, начальник управления внешнеэкономической деятельности-начальник отдела внешнеторговых контрактов.

С 2017 года – заместитель генерального директора по внешнеэкономической деятельности и обеспечению производства РУП «Производственное объединение «Белоруснефть».

Какой кофе предпочитаете?

– Пробовал разные варианты кофейных напитков, даже с сыром. Остановился на американо, без сахара, но с шоколадкой.

Считается, что для любителей американо важна стабильность, традиции, устои. Это хорошие партнеры, надежные коллеги и верные друзья. У них всегда порядок не только на столе, но и в голове. Не терпят суеты. Интересные собеседники. Они в меру рациональны, в меру чувствительны. Как правило это люди действия, с разумными амбициями. Но споры и конфликты – не их метод. Несмотря на то, что имеют собственное мнение на все, что угодно, открыты для другой точки зрения. Правда, если оно имеет прочную доказательную базу. Много анализируют. Всегда успевают, ищут кратчайший путь к достижению своей цели. Ну что же, давайте сравним «кофейный» психоанализ и реальность.

– Кофе для вас – это история про вкус или атмосферу?

– Кофе для меня – это бодрящий, стимулирующий, тонизирующий напиток в течение рабочего дня. Помогает переключиться между задачами.  Одновременно это и прекрасный фон для хорошей беседы с хорошими людьми: коллегами, друзьями, родными и близкими.

А в работе что важнее – атмосфера или «вкус» дела, которым вы занимаетесь? Что вы ждете от рабочего процесса?

– От рабочего процесса я жду положительных эмоций и, собственно, получаю их уже 26 лет. Есть и атмосфера, есть и интерес к этой работе, есть и «вкус». То есть, мне нравится то, чем я занимаюсь. У меня в жизни именно та ситуация, когда я с удовольствием с утра еду на работу и так же с удовольствием возвращаюсь домой по окончании рабочего дня. Так что у меня все гармонично.

– Значит вы счастливый человек?

– Как-то неловко свое счастье выставлять напоказ. Тем более, что у каждого свое понимание. Как писал Гайдар, «что такое счастье, каждый понимал посвоему». Я считаю, что у меня все достаточно сбалансированно, гармонично. Есть работа, которая приносит удовлетворение и любимая семья. Жена, два сына. Но в паспорте детей уже нет – совершеннолетние.

– Дети по вашим стопам пошли?

– Старший закончил кафедру физики и радиоэлектроники БГУИР, но работает в IT-отрасли. То есть, наверное, пример родителей повлиял на выбор сына. Жена моя тоже инженер-программист, мы однокурсники. А вот младший учится на бухгалтера. Выбирал эту специальность исключительно самостоятельно. Сказал: другие варианты даже не предлагайте. Хотя, можно сказать, что тоже в какой-то мере по родительским стопам пошел – профессия связана с цифрами. В общем, сыновья – не гуманитарии.

– А обязательно ли получать удовольствие от работы?

–  Наверняка это один из наиболее позитивных факторов, который влияет на эффективность работы, на степень отдачи человека делу, которым он занимается. И если работодатель, владелец бизнеса своим сотрудникам устраивает рабочий процесс таким образом, что они чувствуют себя комфортно, испытывают удовольствие от того, что делают, то, собственно, он решает задачу получения максимальной отдачи от этого бизнеса.

– Чтобы двигаться вперед, надо периодически выходить из зоны комфорта. В то же самое время, мы всегда ждем комфортных условий работы. Разве это не взаимоисключающие понятия?

– Очень много противоречий и в работе, и в жизни. Совершенно очевидно, нельзя говорить, что все идет гладко. Собственно, счастье и заключается в том, что трудности преодолеваются, и в конце концов, ты получаешь положительные эмоции. Точно так же и на работе – ты получаешь удовлетворение от того, что решил поставленную задачу. И от того какие проблемы могли быть при решении этой задачи – повторяющиеся или уникальные, может быть, даже и зависит степень твоего удовлетворения. Решил задачу тривиальную, с какими-то стандартными подходами, значит остался на прежнем уровне ощущений. Решил «зубастую» задачу – почувствовал какой-то прилив, может и гордость, радость. Через тернии – к звездам.

– Все ли вас устраивает в вашем направлении деятельности?

– Дело в том, что я руковожу двумя направлениями – это внешнеэкономическая деятельность и снабжение. И если международные проекты всегда находятся в центре внимания, то служба снабжения остается за кадром. В обоих направлениях работа налажена, планы выполняются. Что касается международных проектов, то на первый план вышел китайский вектор. Результаты работы нашей компании в этом направлении за 2023 год более чем достойные. В нынешних условиях Китай нам предоставляет множество возможностей для профессионального роста и открытий. Вы знаете, что Китай по уровню добычи нефти занимает, по данным разных источников, где-то пятое-шестое место в мире? На первых строчках традиционно США, Россия и Саудовская Аравия. Иран и Венесуэла выпали из гонки в связи со сложившейся ситуацией в мире, а Китай вот таким крадущимся тигром в очередной сфере вышел в лидеры. Даже сам факт того, что они входят в список лидеров добывающих стран, заставляет задуматься. И совершенно не верным будет говорить о том, что в Китае не так развиты технологии, или оборудование не того уровня. Тем более, что мы уже сотрудничали с этой страной и знаем их возможности не понаслышке. Работали с китайскими компаниями, которые выступали в качестве наших подрядчиков, в Иране и Эквадоре.

– Каким вы видите свой коллектив?

– Это должен быть коллектив единомышленников, партнеров и компаньонов, готовых и умеющих заменить коллегу в любой момент вне зависимости от того, кто какую должность занимает. Понятно, что руководитель обязан так выстроить работу, чтобы отсутствие кого-то из сотрудников отрицательно не повлияло на дело. Но это и внутренняя ответственность специалиста, его умение быстро разобраться в вопросе любого сотрудника службы снабжения.

– Каким должен быть специалист, чтобы работать в вашем коллективе: и в международном направлении, и в снабжении?

– Прежде всего, пытливым. У него может быть разная квалификация, образование, но он должен стремиться изучать, приобретать как можно больше знаний, навыков, даже тех, которые ему по должностным обязанностям и не обязательны. Но если у специалиста есть желание, стремление разобраться в тонкостях, нюансах направления, которые в конечном итоге повлияют на результат, это поможет ему получить не только удовлетворение, но и определит карьерный рост.  Опять же, я сужу по себе.

– И каким было ваше начало в компании?

– Я хорошо помню свои первые дни работы, первые свои достижения и первые неудачи. Все было буквально как вчера. Годы хоть и пролетели, но оставили очень яркие впечатления. Прекрасно помню, какие бизнес-уроки давал мне по работе мой первый руководитель Вячеслав Иосифович Мулица, который и сформировал службу внешнеэкономической деятельности. Помню, как разворачивали систему телеметрии для нефтегазодобывающего управления, как заключали первые контракты после проведения испытаний, какие были технические сложности при внедрении этой системы, как поступила первая канадская установка для ремонта скважин… Все буквально как вчера было.   Сказать, что все кардинально изменилось, я не могу.

– Вы по профессии инженер-программист, а занимаетесь другой сферой. Или специальность по образованию помогает разобраться в нюансах вашей работы?

– Специалисты, которые занимаются снабжением и внешнеэкономической деятельностью имеют различные специальности. У нас и физики, и математики, и электронщики, экономисты. Тут важно не столько базовое образование, сколько, с моей точки зрения, инженерно-аналитический склад ума. Когда, я устраивался на работу в 1997 году, были, конечно, и исходные требования. Это навыки работы на компьютере, знание иностранного языка. Но, хоть это и не указали в объявлении, провели еще третий этап – психологическое тестирование. По результатам этих трех испытаний и формировалась команда 1997 года службы внешнеэкономической деятельности, которая в основном занималась снабжением, поставками техники, оборудования из стран дальнего зарубежья. По мере формирования коллектива специалисты менялись. Из набора первой группы 1997 года нас осталось только трое – я и двое ведущих специалистов – Алексей Зайцев и Сергей Ушкалов.

– Когда устраивались на работу в «Белоруснефть», не было опасения, что не справитесь? Или молодым саморефлексия не свойственна?

– Мне ведь и 25 лет еще не было, когда устроился на работу в «Белоруснефть». Кажется, я был, если не самым молодым, то одним из самых молодых сотрудников центрального аппарата. И в те юношеские времена у меня не было не то, чтобы опасения, а даже прогноза – как будет выстраиваться дальнейшая судьба, получится-не получится.

– За прошедшее время сформулировали для себя правила, по которым оцениваете специалистов?

–  Четких границ, каких-то догм, правил, обязательных инструкций я не придерживаюсь. Я не считаю, что прохождение-не прохождение того или иного теста, неуспешное проведение переговоров, неудачная подготовка контракта ставят крест на карьере человека либо большой вопросительный знак о возможности дальнейшей работы с ним в команде. В команде, которая должна быть группой единомышленников, помощников, коллег, соратников. Каждый все равно обладает сильными и слабыми сторонами, у каждого есть свое понимание работы. Или даже его нет, как это было у меня 25-летнего. То, что стоит за работой, которую я делаю, мне кажется, я стал осознавать только спустя года два после начала. То есть, понимание того, что стоит за определенным письмом, контрактом, куда нужно еще заглянуть, о чем подумать, готовя следующий похожий договор, толком пришло далеко не сразу. Кстати, в то время вообще не было такой квалификационной категории – снабженец. Нигде не учили на закупщика. Наиболее близкая специальность была логист. Очень сложная деятельность, обеспечение всей цепочки поставки товаров – от закупки до прибытия на склад и оборота по разветвленной сети подразделений. Но профессии снабженца не было. Приходилось учиться уже в процессе работы. По сути снабженцы-закупщики – это специалисты широкого профиля, которые должны уметь выстроить диалог и с партнером, и с заказчиком, и иметь навыки дипломатии, и считать, и правильно составлять документы, договоры, и продумывать все нюансы.  Сейчас, конечно, в вузах можно получить специальность менеджера по закупкам.

– Наш разговор за чашкой кофе, все-таки не может обойтись без кофейной темы. Вы побывали в разных странах и наверняка везде пробовали этот напиток. В какой из них он произвел на вас наибольшее впечатление?

– Скажу сразу – я не гурман.  Но когда разворачивался кофейный бизнес в сети фирменных АЗС «Белоруснефти», проводили дегустации разных сортов кофе. И, когда ты пробуешь подряд несколько вкусов, начинаешь чувствовать, понимать различие, появляются предпочтения. Но, если через день мне доведется вновь попробовать кофе тех же сортов, я, скорее всего, разницы не замечу.

– Как говорят профессиональные бариста, самый лучший кофе тот, который вам нравится.

– Мне нравится кофе в нашей фирменной сети АЗС. Сбалансированный. Но у меня нет какого-то яркого запоминающегося кофейного эмоционального оттенка. Хотя понимаю, что должна быть определенная доля арабики, которая дает аромат, робусты, которая добавляет горечь.

– Если говорить иносказательно, какое соотношение арабики и робусты должно быть в жизни?

–  Я могу ошибаться в классическом соотношении кофейных зерен в напитке, но придерживался бы закона Парето – 80 на 20. То есть, 20 % усилий дают 80 % результата, а остальные 80 % усилий – лишь 20 % результата. Такая сложившаяся пропорция незримо присутствует и в жизни, и в работе.

– Что вам помогает справиться с плохим настроением?

– Время. Анализируешь причины этого события. Понятно, что это лишь субъективное мнение, а на самом деле исходная причина может быть совершенно другая, как эффект бабочки. Надо заглядывать глубже, найти точку плохого настроения, где был тот взмах крыльев бабочки, который и привел к такой реакции. Так уж устроен, что пытаюсь докопаться до причины.

– Что в работе, жизни вызывает у вас недовольство, раздражает, не устраивает?

– Чем становлюсь старше, чем больше времени работаю, тем меньше испытываю такие эмоциональные всплески. Но, что раздражает, так это необоснованное упрямство. Человек свою точку зрения озвучил и не отстаивает ее, а настаивает на ней, бездоказательно. У него нет желания слушать собеседника, своего коллегу, и даже контрагента. То есть, ведение одностороннего разговора с позиции силы, для меня тоже повод получить долю дискомфорта в работе. Расстраиваюсь, когда не получаю ожидаемого результата из-за банальной невнимательности, какого-то повторяющегося неправильного действия. То есть, от того, что называется «наступили на те же грабли». Это всегда очень обидно. При этом, я склонен накапливать, систематизировать знания, делать некую выжимку из них для работы. Хотя понимаю, что невозможно все предусмотреть, зафиксировать, формализовать. Правда, при нынешнем уровне развития средств вычислительной техники, цифровизации разных направлений, алгоритмизации процессов, собственно, то, что сегодня происходит в компании «Белоруснефть», вероятно и деятельность службы снабжения, закупок можно оцифровать: количество заключенных договоров и сделок, суммы потраченного бюджета и так далее. То есть, можно все очень детально разложить по полочкам. Но по таким же полочкам разложить процесс получения этого результата, крайне тяжело.

– А что вы не простите даже близким, друзьям?

– Пожалуй, я могу простить все. Я не думаю, что некие действия не могут быть ничем оправданы. Хотя, есть прекрасная строчка из песни Высоцкого «Я не люблю…», которая для меня квинтэссенция этого произведения – я не люблю насилия и бессилия. Но я не могу сказать, что не прощу человека, который принимает решение с позиций силы.

– Получается, что вы пытаетесь стать на позицию такого человека, прочувствовать его, понять.

– Я по роду своей профессиональной деятельности просто обязан это делать.  И с этой точки зрения, кстати, тоже можно объяснить сложность работы снабженца-закупщика. Она требует больших эмоциональных затрат.

– Вы гадаете на кофейной гуще?

– Нет, не гадаю.

А в судьбу верите?

– Нет, не верю.  Недавно мне попалась фраза: не важно, что правда, а что ложь, важно, во что ты веришь. Я не могу сказать, правда это или ложь, но есть вещи, необъяснимые человеком. Кто-то назовет это интуицией, кто-то погадает на кофейной гуще и его назовут провидцем, ясновидящим. Но совершенно точно у меня неоднократно были случаи интуитивного предвидения ситуации. Поэтому, безусловно, я верю в то, что есть какие-то необъяснимые вещи, которые не вписываются в алгоритмизацию, цифровизацию. Как бы ни был развит искусственный интеллект. Так что человеческие отношения, эмоции оцифровать невозможно.

Вы как программист в этом уверены?

– Не буду догматиком, но сегодня я не вижу потенциала создать цифрового двойника человека.

А есть такие книги, которые вы бы посоветовали почитать?

– Есть огромное количество прекрасной литературы. Советовать можно бесконечно. Во-первых, всего Жюль Верна, Александра Беляева, братьев Стругацких «Трудно быть богом» – книга на все времена. Изумительный, на мой взгляд, роман «Похождения бравого солдата Швейка во время мировой войны» Ярослава Гашека. Автор ее так и не закончил. Но это замечательный искрометный юмор, глубокие мысли. Стоит прочитать «Смерть Вазир-Мухтара» Юрия Тынянова, роман «Пётр Первый» Алексея Толстого. Из современных авторов посоветую Виктора Пелевина. Перечитываю сочинения Михаила Жванецкого.

– То есть юмору должно быть место в жизни?

– Я даже думаю, он входит в ту долю 20 процентов, которая обеспечивает 80 процентов успеха. Способность относиться с юмором к серьезным вопросам лично мне помогает в жизни.

0
1336

Комментарии отключены.

Читайте также