МИР

Как стать профи вне географии и языковых барьеров

Автор: Виолетта ДРАЛЮК / фото Вячеслава СУХОДОЛЬСКОГО и из архива Сергея КЛОЧКОВА/ NEFT.by
0
939
05.12.2023

В рубрике «Мир» рассказываем о нефтяниках в зарубежных проектах

От постсоветских стран до Латинской Америки… Такова география прокачки профессиональных навыков очередного героя проекта «Мир» – главного механика центрального аппарата «Белоруснефти» Сергея Клочкова. Ему довелось стать участником зарубежных проектов компании на разных континентах и лично убедиться: лучший способ для профессионального роста, чем ротация, просто не найти.

Нефтяник… А каково это?

– Откуда интерес к нефтяной отрасли?

– Спонтанно получилось. Родился и вырос в Гомеле, никто из близких не имел отношения к нефтянке. Но вот как-то возникла мысль: «Интересно, каково это быть нефтяником?». И уже перед поступлением в Гомельский государственный технический университет им. П.О. Сухого, когда выбор стоял между промышленной электроникой и разработкой нефтяных месторождений, отдал предпочтение последнему.  В итоге – квалификация «горный инженер» и многочисленные однокурсники, с которыми по жизни пересекался и пересекаюсь в нефтянке.

– И когда впервые испытали на себе, каково это быть нефтяником?

Во время учебной практики, потом производственной преддипломной и после вуза, уже с полным погружением, на своем первом рабочем месте – в УПНПиРС, куда меня в 2001 году распределили помощником мастера по подземному и капитальному ремонту скважин в бригаду № 11 легендарного Ивана Ивановича Талатынника. А оттуда в скором времени забрали инженером-технологом в цех капитального ремонта скважин этого управления.

– Первый опыт …

Исключительно положительный. В УПНПиРС были сильные учителя, заслуженные нефтяники, с которыми прошел хорошую школу уже не книжных, а практических знаний, ставших для меня фундаментом и стартовой площадкой для дальнейшего совершенствования в профессии.

Командировки в тундру и через океан

– С чего для вас началось погружение в зарубежные проекты «Белоруснефти»?

Отправная точка – Западная Сибирь. Тогда я возглавлял производственно-технический отдел УПНПиРС. В это время как раз формировались бригады для «Белоруснефть-Сибири». Северная «дочка» компании укомплектовывалась необходимым оборудованием, в чем довелось принимать непосредственное участие. Командировки на Ямал – первый опыт «внешней» работы, а это и другие климатические условия, и другое бизнес-пространство. Потом командировка в Венесуэлу, также по техническим вопросам…

– Обычно, как рассказывают нефтяники-участники зарубежных проектов, первое впечатление от Севера – крепкие морозы. А от Венесуэлы – крепкий плюс. А как у вас?

– С ямальскими морозами, конечно, довелось познакомиться. И с венесуэльским плюсом и высокой влажностью тоже. К обоим вариантам климата адаптировался без проблем. Правда, первое знакомство с Венесуэлой получилось особенно запоминающимся из-за аварийной ситуации, в которую мы попали на дороге. Водитель не справился с управлением, въехал в кусты и покинул автомобиль, испугавшись, видимо, последствий. Конечно, собрались местные жители, стали выяснять, в чем дело, как это произошло. На тот момент знание испанского языка у нас было еще крайне примитивным. Выручил местный мальчик, который видел, как это случилось, и объяснил все жителям поселения. Разошлись мирно и с пониманием. Потом уже был полет в Венесуэлу на постоянную работу.

В любое время суток, как бригада «скорой»

– Кстати, просто ли далось решение отправиться на работу через океан?

– На самом деле опасение было одно: уровень безопасности в незнакомой далекой стране. В остальном для себя видел только плюсы. Поработать в таком проекте – большая удача. Прежде всего, это возможность применить свои знания, навыки в условиях, которые кардинально отличаются от привычных, и получить абсолютно новый опыт.

– Тогда рассказывайте, в какой проект и в качестве кого включились?

– Это был период с 2010 по 2012 год. На тот момент наши специалисты уже работали в Венесуэле, в основном из УПНПиРС и РУТТ, активно прорабатывалась перспектива по формированию и развитию отдельного совместного сервисного предприятия. Я прибыл в качестве ведущего инженера группы по оказанию услуг по бурению и ремонту скважин представительства «Белоруснефти» в Венесуэле, а впоследствии возглавил эту группу. Непосредственно наша часть совместного проекта реализовывалась на восточном месторождении Гуара Эсте, а базировались мы в городе Эль Тигре. В распоряжении венесуэльских бригад было два белорусских станка по ремонту скважин, и мы соответственно обеспечивали работоспособность станков и периферийного оборудования.

– То есть служба быстрого реагирования?

– По сути, да, в круглосуточном режиме, как бригада «скорой». Любая остановка оборудования – наша работа. На месте постоянно находился специалист «Белоруснефти» – машинист-механик. В случае необходимости выполнения сложных ремонтов одному работу не выполнить, поэтому собирали бригаду и отправлялись к месту аварии в любое время дня и ночи.

– С переводчиком?

– Именно в Венесуэле четко усвоил для себя одну истину: знание местного языка, конечно, сила, но, когда речь идет о технике и оборудовании, все можно объяснить на схемах и рисунках. Что нельзя сказать, можно показать. Это работает. Так что, если знаешь свое дело, языковые барьеры преодолеваются легко.

Такие проекты «перепрошивают» полностью

– Что лично вам дала Венесуэла?

– Это был реально уникальный опыт и в профессиональном плане, и в управленческом, и в личностном. Качество, обязательность, пунктуальность и, конечно же, технологии – то, что ценили в нас партнеры. Мы не только делились своими наработками, но и многому учились. Со временем достигли полного взаимопонимания и доверия. Найти общий язык, когда не знаешь хорошо местный – это дорогого стоит в стране с иным менталитетом. Венесуэла, безусловно, впечатлила и природой, и богатством полезных ископаемых, и самобытностью культуры. Что в бытовом плане навсегда осталось со мной после Латинской Америки, так это крепкий кофе без сахара.

– После этого проекта доводилось участвовать в других?

– Конечно. И технически сопровождать внешние проекты «Белоруснефти», и создавать новое дочернее предприятие в ближнем зарубежье, и продвигать в российских регионах технологию СКИФ® (разработку БелНИПИнефть для освоения трудноизвлекаемых запасов). С 2018 года, уже в качестве главного механика отдела главного механика центрального аппарата компании «Белоруснефть», стал причастен к действующим проектам производственного объединения за пределами Беларуси.

– Всегда спрашиваю у героев «Мира», спрошу и у вас: имея за плечами такой солидный трудовой «географический» опыт, что посоветовали бы другим?

– Однозначно участвовать! Зарубежные проекты в профессиональном плане перезагружают и «перепрошивают» полностью. В каком-то смысле начинаешь с чистого листа. Потому что непривычные, иные условия работы мобилизуют твои навыки и возможности. Зарубежный опыт расширяет их, позволяя за сравнительно короткое время приобрести новые знания и компетенции. В целом – получить неоценимые ресурсы для роста в профессии. И такую уникальную возможность предоставляет компания «Белоруснефть».

0
939

Комментарии отключены.

Читайте также